Огород и наоборот

Господствующая идеология навязывает человеку не только идеи, но и способ их оформления: терминологию, чуждую православной нравственности и русскому языку и народу. Одно из идеологически заряженных понятий – это “биоэтика”.

Корневая приставка “био” (от греческого слова “биос” – “жизнь”), по мнению изобретателя этого термина, протестанта Ван Ренселлера Поттера, должна была, видимо, усилить привычное и понятное слово “этика”, расширив круг объектов, на которые человеку предлагается распространить свое этическое отношение. В реальности же произошло все наоборот.

Биоэтика не возвышает человека, а наоборот, опускает вниз, в ад. Искажая заповеди Божьи, бионравственность привносит в чистое христианское учение смертные грехи. Такую “этику”, предлагающую православным христианам изначально абсолютно безнравственные методы естественного планирования семьи (биоконтрацепцию) или фашистскую селекцию категорий внутриутробных детей до 6 недель беременности, обреченных на убиение абортами, честнее было бы назвать не “биоэтикой”, а “ботаникоэтикой”, этикой растений, этикой плевел, которые бросают в огонь, и терновника, с которого не собирают смокв.

7 ноября сопредседатель Церковно-общественного совета по биомедицинской этике прот. Димитрий Смирнов в своем выступлении на круглом столе в рамках выставки-ярмарки «Православная Русь» представил свою новую биологическо-ботаническую идеологию, направленную, по его словам, против разрушения семьи:

Эта идеология называется одним словом: Огород.

Зачем он нужен? Чтобы вырастить хороший урожай.

Если этот образ продолжать, то земля огорода – это наш огород. Семена – это люди, которых нужно вырастить. С взрослыми, конечно, тоже нужно работать, но вся надежда на детей.

Чтобы вырастить из семян хороший урожай, нужно:

Тепло

Нужно создать для детей атмосферу любви. Я давно этим занимаюсь. У меня три детских дома, гимназия. У нас удалось создать атмосферу любви. Если это сделать, дети будут развиваться хорошо. В государственных приютах – 90% выпускников потом так или иначе попадают в тюрьму. У нас никто не убегает, многие поступают в вузы.

Влага

Какая? Благодать Божия. Если мы деток сумеем воцерковить – а они на это очень отзывчивы – это будет способствовать урожаю.

Сорняки

Если прекрасная влага, прекрасная земля, но есть сорняки – ничего не вырастет. Сорняки заглушают растения. У нас эфир заглушает голос Церкви, разрушает атмосферу любви – ребенок до 20 000 убийств видит на экране. Пока мы не обуздаем эфир, ничего не вырастим. Никакая мать, отец не сравнятся по силе воздействия с видеопродукцией. Не говоря уже об использовании определенных технологий в музыке. Либо мы создаем отдельное учреждение, где дети полностью изолированы от мира – только в отдельной семье такое можно организовать или в отдельном учебном заведении. Мы запрещаем бесконтрольно использовать интернет, и телевидение вообще исключается, чтобы не испортить вкус ребенку.

Вредители

Нужно бороться с вредителями: люди, организации – носители противодействующей нам идеологии. Мы их должны знать, их портреты в фас и профиль должны быть известны, их действия должны быть обозначены. Их портреты должны быть вывешены везде, все должны знать номер ИНН, паспорт, машину, фамилию. И все должны знать, что этот человек – враг семьи. И мы без экстремистских мер сможем не изгнать, конечно, но сделать так, что они не будут нас беспокоить.

Епископ Пантелеимон (Шатов): Кто будет определять врага?

Протоиерей Димитрий Смирнов: Я!

Если прот. Димитрий берет на себя обязанность по определению врагов, то было бы чудесно, если бы он дал свою оценку внесенным в Госдуму РФ законодательным поправкам комиссии Мизулиной-Обухова, которые не с экранов телевизора или в интернете, а наяву предложили делать в России насильственные аборты несовершеннолетним, проживающим в том числе и в детских домах о. Димитрия. Разве это не вражеское предложение?

Говоря о теории «огорода» прот. Димитрия, о которой сегодня с восторгом пишут многие православные издания и сайты, нам хотелось бы представить свою версию «антиогорода» по переносу человека из мира флоры и фауны в мир духовный, где главное – не биологическое, а Божественное начало.

По слову апостола, вера – от слышания. Кто хорошо слышит, тот правильно верует и узнает правду, отличая ее ото лжи. Но известны многие ушные болезни: например, в одно ухо вливается, а в другое выливается. И о какой жидкости тут идет речь? Можно предположить, что эта жидкость – вода, состоящая из двух взвесей. Первая – вода живая, пахнет розами и неземной свежестью. Вторая – мертвая, чем пахнет, уточнять не будем. И если представить, что в организме происходит некий таинственный процесс различения грязной и чистой воды, то у многих происходит подмена: выливается чистая вода, а остается мутная грязь. Этот, так сказать, зеленоватый ил чистится очень тяжело, иногда приходится отскребать вместе с кожей.

Живая вода смачивает в организме человека землю или прах, из которого собственно человек и состоит. И тогда прорастают на иссохшем поле души человеческой разные растения: зелень, пшеница и плоды сочные. А из мертвой воды вырастают плевелы. И если пшеницу Господь собирает в Свою житницу, то участь плевел незавидна: их прежде собирают и связывают в связки, а потом сжигают.

Познав Христа, все почитаю за сор, – сказал апостол Павел (см. Фил. 3:8). И потому ни одно учение не может считаться приемлемым для православного человека, если к нему не прибавлено и не поставлено во главу угла Святое Имя Христа.

Не биоэтика – животная этика или ботаникоэтика, а христианская этика заповедей Божьих – вот единственная мораль, на которой можно создавать нравственные взаимоотношения между людьми во всей их полноте. Не биос, а Христос – наша единственная Цель, наша Жизнь с избытком, наша Истина и Путь.

О.А. Селихова,
директор межрегиональной
общественной организации «Жизнь»