сегодня мы чтим память св. вмчч. князя Михаила и его болярина Феодора.
Ставя с братьями пост в наш журнал, перечитали еще раз дискуссию по теме. Стало неуютно от слов “Игоря”, а по прошествии 7 месяце стали слова эти очень узнаваемыми, есть у нас такой клирик в епархии.
Но, я не об этом, простите.
По нашествию на Русь «золотой орды» князь Михаил покинул Родину, спасаясь на чужбине от гнева ханского.
Однако, вскоре узнал он, что городским жителям, в небольшом числе уцелевшим от меча и плена, нечестивый царь повелел безбоязненно жить на своих местах, но с тем, чтобы они платили ему дань.
И многие русские князья, бежавшие в далекие и чужие страны, услышав о сем, возвратились в родную землю, поклонились нечестивому царю, водворились в своих разоренных городах и стали вновь править своими княжествами, платя дань Батыю.
Возвратился из странствования и благочестивый князь Михаил с боярином своим Феодором и со всеми своими людьми, соглашаясь лучше платить дань нечестивому царю и жить хотя бы в опустевшем своем отечестве, нежели быть странником в чужой земле.
Но хану мало было одной дани, поклонения желал он. Татары пришли от Батыя и позвали Михаила (как и других русских князей) на поклон к своему царю.
Из жития князя мы разумеем, что после этого он сам проявил инициативу совершить подвиг во славу Христову, не прельстившись “славою света сего”, потому как сильно скорбел за многих русских князей, поклонившихся идолам и склонившим выю свою пред ханом. Решил Михаил исповедать Христа, заявив об этом хану, и пролить кровь свою за Господа.
Случилось все по задуманному, не поклонился Батыю и не признал власть безбожную, доказал великий русский князь всему миру, что вера христианская живет в сердцах русских людей! За что и был причислен Царем Небесным к лику первых святых мучеников.
Сегодня вопрос о Власти, как Божественном произволении больной вопрос для некоторых наших иерархов, потому что, признавая любую власть, кивают они на Святое Писание и Апостолов, которые якобы утверждали, что всякая власть от Бога и всякой власти надо подчиняться.

Так ли это? Конечно, нет. Пример – подвиг св. вмчч. князя Михаила и боярина Феодора, а жития святых, принявших мученическую смерть в Древнем Риме, дополнительное тому утверждение.
Мы знаем, что римские императоры казнили христиан вовсе не за веру, а за неповиновение власти, за государственную измену. Рим был весьма веротерпим, позволяя своим гражданам почитать любого из богов и даже всех их вместе взятых. Однако было одно ограничение, патриотическое, как сейчас сказали бы. Нужно было, кроме всего прочего, чтить божественность императора. Если угодно, божественность власти императора. Для чего и предлагалось воскурить перед его статуей фимиам. Отказ приравнивался к государственной измене и подлежал смертной казни. Заметьте, речь идет именно о признании божественного происхождения властных полномочий императора.
На не склоненные головы Господь одел венцы мучеников.
Современные фарисеи изгаляются домыслами и толкованиями текста Апостола, который не слишком понимают.
Слово, которое переведено у нас словом “власть” – exousia – на самом деле обозначает лишь один из смыслов этого термина – а именно, властные полномочия. Смотрите, “нет полномочий, кроме как от Бога”. Признавая Бога – признаем полномочия, признавая полномочия – признаем Бога. А если полномочия направлены на НЕпризнание Бога? Ответ очевиден. Очевиден для христианских мучеников, для нас с Вами, но не неприемлем для древних и современных фарисеев. Так что, “Несть бо власть, аще не от Бога” = “Ибо не есть власть, если не от Бога”

Да, батюшка о.Александр об этом говорил, только сейчас это не обсуждается.

Ирония не является христианской добродетелью, Игорь, и она не делает Вам чести. Мне не известно в каких отношениях Вы с “карловчанами”, но о Митрополите Антонии (Храповицком) на сайте есть статья. Рекомендую прочесть. Кстати, Вы не ответили на многие заданные Вам вопросы.

Если не ошибаюсь, Протоиерей Александр Шаргунов писал это, когда в аппарате Ельцина рассматривалась возможность “декоративной монархии” в лице “кирилловичей”.

Этот соблазн пресекается легко и быстро, как вы знаете, – не судить. Привычка же судить клириков “за дело” весьма скоро может развиться в привычку судить их “вообще”. Не только, скажем, за дружбу с бандитами, но и за другие, мелкие, а то и вовсе придуманные “судьей” проступки.

Игорь, ваши коментарии пример упрямая непримиримость с истины.

И что это за аргумент: “Что касается примеров, то оные с затронутой темой не пересекаются вовсе”. Кто это решает? Кто арбитр? Вы? Помоему – нет. Если вошли в дискуссию, тогда дискутируйте, а не прячьтесь таким способом. Ведь я тоже могу сказать так о всех ваших комментариях, и что?

Пример из Деянии класический потому что от него ясно видятся границы властовой легитимности. От него тоже видится как нечто (примерно власть) может быть “от Бога” по произходу и по сущносты, но в данны момент оказатся против Бога по действии. Вот над этом и подумайте!

А вот это все что вы говорите о произходе термина “легитимность” совсем не имеет отношения к теме потому что мы занимаемся здесь более с семантикой чем с етимологии. Опять прячетесь.

Разве были высказывания о восстановлении монархии?Да нет.

Игорь, что Вы считаете прямым оскорблением в моих словах?
Насчет бытийности зла – это очередной софистический выпад с Вашей стороны.

Роман Вершилло: наш разговор начинает терять смысл.

Да, к сожалению полноценный диалог не состоялся, но по правде говоря я ожидал, что будет хуже. О «карловчанах» сложился стереотип, как о людях агрессивных и фанатичных, но к моему удивлению прямые оскорбления оппонентов начались только при приближении к 100му комментарию.

Роман Вершилло: Мы обязаны подражать святым в свою меру.

Вот именно, что в «меру». Мне показалось, что некоторые люди чувство меры теряют. Кто-то решает, что бесов может изгонять, кто-то наделяет себя полномочиями судить совершенно незнакомых ему людей. Такое происходит именно когда мера становится своя (т.е. происходит от собственного ума) и со Словом Божьим никак не согласована.

Роман Вершилло: Как только Вы согласитесь с этим различием, все встанет на свои места.

Различие есть, но первое непременно приводит ко второму. Протестантизм тоже возник как критика отдельных священнослужителей (иногда даже правдивая), а перерос в полное отрицание христианства.

Роман Вершилло: Демократия есть. Демократия – это зло.

Вот мы и договорились до «бытийности зла». Нет, Роман Алексеевич, такие взгляды крайне опасны для православного человека.