Что происходит, когда человек одним воззрением видит правильное и неправильное?
Он узнаёт, что в мире есть порядок и беспорядок, но вместе они составляют порядок, а не беспорядок, потому что есть суд Божий над порядком и беспорядком. В этом знании он обретает покой и счастье.
Но есть в «двойном» зрении и суд, под который нам следует подклониться. Изучение противоположностей, схваченных одним взглядом, заставляет нас увидеть свое незнание, смиряет пред Богом, у Которого Одного – все ответы, все разгадки.
Память о суде Божием испытывает душу и направляет по пути исследования – к Истине. В книге Иисуса сына Сирахова это описано так:
Премудрость пойдет с любящим ее путями извилистыми, наведет на него страх и боязнь, и будет мучить его своим водительством, доколе не уверится в душе его и не искусит его своими уставами; но потом она выйдет к нему на прямом пути и обрадует его и откроет ему тайны свои. Если он совратится с пути, она оставляет его и отдает его в руки падения его (Сир. 18-22).
И вот что удивительно: на этом пути действует уже не зрение только. Это и действие своего рода, потому что это деятельный, то есть требующий трудов, путь к единомыслию в истине.
Многие пути к единомыслию
В свете истинного единомыслия все мнения, пропагандируемые в современном обществе, предстают перед нами как мысленные памятники, своего рода невидимые общественные монументы. К ним нет никакого разумного пути. Им поклоняются или их свергают. В развращенном обществе общественное согласие и разногласие во мнениях оказываются только символическими, всегда только жестами и никогда не становятся подлинным единомыслием или разномыслием.
С другой стороны, политические и моральные мнения могут быть ступеньками к познанию Истины, когда они подвергаются дружескому исследованию в обществе, а не одному лишь поклонению или поруганию.
Способы того, как исследовать мнения, многочисленны и хорошо известны.
Все, например, знакомы с доказательствами, хотя бы из математики и геометрии. А доказательство как раз и представляет собой самый очевидный пример совместного пути к единомыслию.
Мы уже говорили о том, насколько много дает для разумения деление на священное и мирское, на православных и модернистов.
Другой известный путь к единомыслию – это своего рода «подражание», когда ты пытаешься сам догадаться, что значит то или иное речение.
Еще один путь – припоминание, когда человек обращается к своей душе, по слову свт. Афанасия:
К познанию и точному уразумению истины имеем нужду не в ком-либо другом, а только в себе самих. Путь к Богу не так далек от нас, как превыше всего Сам Бог; он не вне нас, но в нас самих; и начало его может быть нами найдено, как и Моисей учил, говоря: «слово веры – в сердце твоем» (Рим. 10:8; Втор. 30:14). И Спаситель, давая разуметь и подтверждая то же самое, сказал: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:21). Внутри же себя имея веру и царствие Божие, можем вскоре узреть и уразуметь Царя вселенной – Спасительное Отчее Слово… Что же это за путь? Отвечаю: душа каждого, и в ней ум, потому что только умом может быть созерцаем и уразумеваем Бог.1
Припоминание требует от человека внимания, постоянного интереса к самому важному. Следовательно, чтобы припомнить, нужен проповедник, наставник. Такой учитель не вкладывает идеи в голову учащегося (это невозможно), а обращает его внимание на то, что он должен знать и без него. При таком способе научения и учителю не угрожает тщеславная мысль о его мнимом значении, и ученик убеждается в том, что сам грешил невниманием к тому, что вложено ему в душу.
Наконец, мы подошли к самому главному испытанию: мысленному тупику, «апории».
Хочешь ли ты выйти из безвыходного положения, в которое ты попал, увидев порядок и и беспорядок одним взглядом? Готов ли ты решать неразрешимые проблемы? Или в поле твоего зрения разрешимые задачи и, желательно, решаемые практически?
Не отвратят ли тебя от Истины страх и боязнь, которыми тебя испытывает Премудрость? Любишь ли ты Истину более всего?
Знаешь ли ты, в чем состоит труд познания, что трудного в познании? Трудно в нем то, что здесь уже испытанию подвергаются не одни мнения и силы души, но и сам человек: кто он такой и чего он по-настоящему стоит.
Так мы дошли до пределов человеческих сил в исследовании, убеждении и научении.
Невозможно внушить человеку любовь к истине. Но можно узнать, есть ли она у него и насколько эта любовь сильна.
Наилучшее и наихудшее
Еще только ступив на путь единомыслия, мы начинаем постигать, что есть Суд, что есть лучшее и худшее, наилучшее и наихудшее. И мы подступаем к одной ужасной загадке, еще не предвидя никакого ее решения.
Все люди стремятся к благу, но для порядка в душе и обществе этого недостаточно, потому что люди предпочитают благо низшее – благу высшему.
Согласно объяснению блж. Августина,
уклонения бывают не к злу, а злые, то есть не к злым природам, но злые потому, что происходят вопреки порядку природ от высочайшего бытия к низшему… Поэтому, кто имеет превратную любовь к благу какой-либо природы, тот, хотя бы и достиг его, делается сам злым при обладании благом, и несчастным, как лишившийся лучшего блага.2
Вдумаемся, что значит другое страшное слово св. блж. Августина о том, что граждане Града Божия пользуются миром ради Бога, а граждане града человеческого пользуются Богом ради мира?
Добрые люди для того пользуются мiром, чтобы наслаждаться Богом; злые же, напротив, для того пользуются Богом, чтобы наслаждаться мiром.3
Но почему плохо предпочитать низшее благо – высшему, если и то, и другое благо? Почему именно здесь сосредоточено всё зло этого мира?
Смотрите: у меня есть несколько правильных мнений. Я хочу добра и красоты. Но где я окажусь, если буду прав только кое в чем? Это один неприятный вопрос.
Или другой вопрос: что будет со мной, если я буду любить красоту не наивысшего порядка, а благо искать не ради него самого?
Итак, здесь в трех разных формулировках звучит один и тот же вопрос:
- Прав ли ты во всем?
- Любишь ли ты Истину ради нее самой?
- Любишь ли ты наивысшее Благо или благо второго, третьего или еще более низкого сорта?
Попробуйте задать эти вопросы в нашем современном обществе. Вы не услышите даже эха своей речи. Ведь вокруг нас только средства без целей, как мы выяснили, обозревая политическую ситуацию в России.
Между тем, слово Истины резко отличает лучшее от худшего, Высшее Благо от того, что является благом только относительно. И где же проходит это разделение? Среди людей, а далеко не только идей.
Отвергающие слово Истины делают это по-разному и виновны не в равной мере. Но даже слышащие слово и разумеющие приносят неодинаковый плод, как мы знаем из Евангелия (Мф. 13:18-23).
Действие с разумом ничего не меняет
Теперь нам осталось ответить на последний вопрос. Для чего мы искали не одних лишь правильных мнений, а хотели бы соединить действие с разумом?
Потому что в действии, наконец, проявляется весь человек, как он есть и чего он стоит. Но и здесь нас тоже ждет нечто неожиданное. Оказывается, действие с разумом ничего не меняет и не должно менять.
На пути к единомыслию нет другой борьбы, кроме как со своей собственной глупостью, боязнью и страхом. И если ты узнал, что глуп и бессилен, ты уже не покусишься немощной рукой остановить Отступление, не будешь пытаться изменить Историю и Природу.
На пути к единомыслию нет и соперничества, потому что каждый в меру своей любви понимает одну и ту же Истину, а не противоречащие друг другу мнения.
Да, очень сложно право мыслить и действовать, ничего не меняя, не разрушая. Трудно любить свою судьбу и не идти путем революции.
Озаботимся же тем, чтобы всеми силами и средствами ничего не менять. И именно для того, чтобы ничего не менять, необходимо что-то сделать. Например: помыслить и сказать правду.
Чтобы все стало простым, приходится мыслить и действовать непросто и кое-что добавить к первоначальной простоте.
Чтобы мыслить так же, как мыслили все и всегда, придется заново вспомнить о древних методах рассуждения. Чтобы судить по-старому, понадобятся неизвестные древности понятия: «новый человек», «революция», «идеология» и многие другие.
Вот к чему, наконец, нас подвело двойное зрение: знание должного, образца, порядка и, с другой стороны, знание современного положения дел в душе, обществе и Церкви.
Как все христиане во все времена, мы идем между новым и старым, изменным и неизменным, не ступая ни направо, ни налево, а прямо (Числ. 20:17).
Следующая глава: Какое отношение все это имеет к Церкви?
