Продолжая вспоминать основания вступления Москвы и Константинополя в «богословский диалог с инославными христианами», как на еще одно фундаментальное положение этой идеологии следует указать на «мораторий», который был наложен здесь на слово «ересь» в отношении католиков, протестантов и нехалкидонитов, что означает, по сути, отрицание новыми богословами самой еретичности этих конфессий. Все чаще и все настойчивей слышим мы заявления о том, что инославные «точно такие же христиане, как и мы»; что «разделение церквей» носило сугубо «исторический» (человечески «греховный»), а не вероучительный характер, и поэтому «восстановление единства христиан» неотвратимо, как завтрашний восход солнца. Незаметно в гностических духовных институтах и академиях было воспитано новое поколение профессоров и архиереев – единогласно голосовать за экуменические документы в высших богословских комиссиях и на гностических соборах, на преступные решения которых уже больше некуда апеллировать, разве что к Самому Господу Богу. Православие и инославие теперь – это лишь различные исторические традиции одной и той же веры; многочисленные христианские конфессии (а в перспективе – и все монотеические религии) – это теологически легитимные разновидности поклонения Триединому Богу по принципу «единства в многообразии». Получается, инославие это иная форма самого Православия, называть которую «ересью» есть досадный средневековый пережиток, вульгарная ксенофобия и дремучий фундаментализм, одним словом, богословский мовитон. 

«В период Вселенских соборов… в результате христологических споров и вызванных ими разделений от Восточной (Византийской) имперской Церкви отделились несториане, монофизиты и монофелиты  (марониты) и образовали свои национальные Церкви… В образовании этих отделившихся Церквей главную роль играли не богословские, а политические, национальные и культурно-этнические факторы». «Конфронтация Рима и  Константинополя завершилась окончательным разрывом отношений, общения и анафемой 1054 года. В истории принято условно называть это событие “окончательным разделением  Церквей”, хотя Церковь Христова всегда была и есть Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь, и врата ада не одолеют ее, ибо с Ней и в Ней – Христос, во все дни до скончания века. Фактически и канонически в 1054 году произошел лишь разрыв отношений,  прекращение общений (и анафема) между кардиналом Гумбертом, легатом Папы Льва IX (к этому времени уже умершего и не имевшего преемника) и Патриархом Михаилом Керулларием без участия других Восточных Патриархов. Тем не менее в силу национальной ненависти между латинянами и греками в XI-XIII  веках, этот разрыв общения был воспринят обеими сторонами (и Восточной, и Западной) как факт реальной жизни, который продолжается и по сей день. Хотя “анафемы” сейчас уже “сняты” соглашением между Патриархом Афинагором и Папой Павлом VI и обеими сторонами (Римом и Константинополем) “вменены аки не  бывшие”. Разрыв общения и разделение между Восточной и Западной Церквами привели к тяжелым и опасным последствиям для обеих сторон»[1].

Иными словами, не было в тех важнейших для истории Церкви богословских спорах правых и виноватых, стоящих в истине и заблудших, хранящих апостольскую веру и вводящих зловерие. А были лишь национально-культурные особенности толкования либо свойственные каждому греховные страсти, приводящие «к тяжелым и последствиям для обеих сторон». И поэтому по сей день (несмотря на сохраняющееся единство Церкви «на астральном уровне») «мы разделены унаследованными от наших предшественников различиями в понимании и изъяснении нашей веры в Бога…  Пусть наша встреча вдохновит христиан всего мира с новой ревностью призывать Господа, молясь о полном единстве всех Его учеников…. в решимости прилагать все необходимое для того, чтобы преодолевать исторически унаследованные нами разногласия…»[2].

Но если классические ереси перестают восприниматься ортодоксальным сознанием как ереси, то может ли быть что-то богословски революционнее этого? И можно ли называть такое сознание ортодоксальным? – Разумеется, нет. Каждый Вселенский собор начинался с повторения анафем всех предыдущих Вселенских соборов [3], на каждом из которых, в свою очередь, осуждались не только сами ересиархи, но и те, кто хотел воздержаться, пытался сохранить нейтралитет, отказывался повторить вместе со всей Церковью слова отлучения «инославных»…[4] Поэтому так же, как гностический догмат «греха христианского разделения» со всей очевидностью свидетельствует об отречении «православного экуменизма» от Священного Предания и Писания, сама идея «инославия» (как «другого христианского мира», исторически «условного», преходящего, непринципиального «различия в понимании веры») является фактом отречения «православного экуменизма» от догматического учения Православной Церкви, исповеданием уже какой-то другой (гностической, квазихристианской, апокалиптической) религии.

Для мнимого разрешения очевидного противоречия своего двусмысленного отношения к «инославию» с традиционным отношением к нему в Православии (то есть как к ереси, церковное общение с которой невозможно) в религии «православного экуменизма» используется следующий софизм.

«В повседневной психологии простых верующих легко совершился перенос понятия “ересь” и “еретики” (о которых они читали в житиях святых и в памятниках Древней Церкви и слышали от Церкви и духовенства во время служб и проповедей) на всех инославных (католиков и протестантов) и иноверных с Запада. Наша Церковь и наши богословы остались верны определениям Вселенских Соборов и принятым Церковью Поместных Соборов, что “еретики” – это только носители и распространители лжеучений, которые как “ереси”, осуждены Вселенскими Соборами и отлучены от Церкви. Католики отпали от общения с Православной Церковью, но не были осуждены соборно как еретики, хотя у них неправильная, с нашей точки зрения, экклезиология (и филиокве)»[5].

Для опровержения этого софизма не нужно даже обращаться к Священному Преданию (в котором более чем достаточно определений латинства как ереси), достаточно официальных документов самого «православного экуменизма». «Подобными по авторитетности Вселенским соборам должны быть признаны постановления соборов 1341, 1347 гг. о действиях Божиих, о благодати и Божественном Свете и Исповедание веры св. Григория Паламы на соборе 1351 г.»[6]. Между тем определения указанных соборов были направлены не только и не столько против варлаамитов, сколько против латинства (а точнее – против варлаамитов как «латинствующих»), то есть против аналогичного учения о благодати католицизма, куда и перешел (или, скорее всего, возвратился) анафематствованный Константинополем Варлаам Каламбрийский и даже стал там епископом[7]. Более того, основным мотивом «проповеди» Варлаама на Востоке (или его тайной миссией) как раз и была богословская подготовка унии с папизмом, против чего, в первую очередь, и выступил Палама, инициировавшийся соответствующие соборные определения. «В 1334-1335 гг. возобновились дискуссии с лат. богословами о церковной унии. Весной 1335 г., вскоре после переговоров с папскими легатами, Варлаам составляет свои, т. н. “греческие”, речи – “О согласии” (De concordia) и “К Собору” (Ad Synodum)… Речь “О согласии” была произнесена Варлаамом перед 2 лат. епископами и имп. Анной Савойской в имп. дворце. Некий Иосиф, один из друзей Г<ригория>. П<аламы>., прибыв на Афон, пересказал ему содержание этой речи. Затем, по всей видимости во 2-й пол. 1335 г., Г. П. написал 2 аподиктических трактата “Против латинян”, в к-рых отвергал всякую возможность богословского компромисса с латинянами… и защищал правосл. учение об исхождении Св. Духа, считая его вполне доказуемым»[8].

Соответственно, утверждение на Критском соборе 2016 г. общецерковного вероучительного авторитета «паламитских» соборов само же и рубит сук «православно-католического богословского диалога» на корню, наглядно демонстрируя неразрешимые противоречия «в повседневной психологии простых верующих» «православных экуменистов». Иными словами, в рамках ортодоксального богословия никакой «диалог» с католицизмом в принципе невозможен как с ересью, осужденной соборами, равночестными Вселенским, что (по свойственному ему недомыслию) провозгласил сам же экуменизм. Поэтому «восстановление единства» здесь предполагает отказ от традиционного богословия (божественных истин Священного Писания и Предания, догматического учения Церкви), то есть вероотступничество православной стороны. Что, собственно, объективно и означает указанный «мораторий» и предполагает ведение «диалога» с католицизмом уже на языке какого-то гностического (псевдоевангельского, лжехристианского) «богословия любви».

Другие внутренние «разногласия» религии экуменизма касаются того, кому принадлежит пальма первенства в прозрении ее «догматических истин»; кто из них раньше на этот «спасительный для всего мира» путь «открытости» вступил; у кого больше «решимости в приложении всего необходимого для этого», одним словом, кто из них бесповоротнее готов порвать с Христианством, у кого больше заслуг перед созидаемым всеединством и кто, поэтому, должен стоять выше «по чести» в диптихе гностической всецеркви (почему, собственно, и не удается до сих пор «восстановить единство», несмотря уже на целый век титанических усилий; из-за чего и развернулся весь церковно-геополитический «армагеддон» последнего времени, имея в виду коллизии Критского собора и последующее учреждение Параллельной Церкви Украины).

«Всероссийский Собор на своем последнем заседании 7/20 сентября 1918 года утвердил постановление “Отдела по соединению Церквей”. В связи с постановлениями Собора следует отметить, что вопрос о соединении Церквей впервые в истории межцерковных отношений в XX века был поставлен на таком высоком (самом высоком) уровне, как Собор Церкви (в данном случае Русской Церкви), и при этом по времени на год раньше экуменической инициативы Натана Седерблома (знаменитого шведского архиепископа, зачинателя экуменического движения “Жизнь и деятельность”), на три года раньше Константинопольской Энциклики 1920 года и на 44 года раньше II Ватиканского Собора (1962). Постановление Собора от 20 сентября 1918 года было последним деянием Собора перед его концом. Это было последнее слово Собора: благословение всем тем, кто трудится для приближения христианского единства; благословение на дело единства. Ради этого Собор поручил Священному Синоду создать постоянный при нем орган; то, что тогда называлось на Соборе “Отдел по соединению Церквей”, а при Синоде должна быть “постоянная комиссия” с отделениями в России и за границей, теперь называется “Отдел внешних церковных сношений Московского Патриархата”»[9].

Можно было бы сказать, что эта постоянная отсылка идеологов «православного экуменизма» ко Второму Ватикану, как к богословскому ориентиру и авторитету, делает их новыми варлаамитами (в значении тайной агентуры латинства, апологии униатства) и косвенно направляет на них определения Константинопольских соборов XIV в. в отношении последних… Но зачем такие сложные силлогизмы, если даже прямые анафемы Вселенских соборов в отношении тех, кто «не анафематствует» антихалкидонитов, их нисколько не смущают и не останавливают…

Александр Буздалов

Примечания

1. протопресвитер Виталий Боровой, Буевский А.С. Православная Церковь и экуменическое движение (историко-богословское обозрение). В кн.: Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. «МФТИ», 1999. С. 9, 12.
2. Совместное заявление Папы Римского Франциска и Святейшего Патриарха Кирилла. http://www.patriarchia.ru/db/text/4372074.
3. «Мы исповедуем пред всеми, что содержим и проповедуем ту веру, которая сначала дарована великим Богом и Спасителем нашим Иисусом Христом святым апостолам и ими была проповедана во всем мире, которую исповедали и изъяснили и передали святым церквам святые отцы и преимущественно те, которые собирались на четырех святых соборах; им мы следуем всецело и во всем и приемлем их… И все, что вышеуказанными четырьмя святыми соборами определено относительно одной и той же веры; а всех, осужденных вышеупомянутыми четырьмя святыми соборами, признаем осужденными и анафематствованными наравне с прочими еретиками» (Собор Константинопольский 2-й, Вселенский Пятый. Собрание третье / Деяния Вселенских Соборов. Казань, 1908. Т.5. С. 33).
4. «Все воскликнули: “…Не подписавший послания, с которым согласился святой собор, есть еретик…”; «(все) почтеннейшие епископы воскликнули: “не анафематствующий Евтихия есть еретик”» (Деяние 4-е Святого Халкидонского Собора / Там же. Т.4. С. 24-25).
5. протопресвитер Виталий Боровой, Буевский А.С. Православная Церковь и экуменическое движение. Цит. изд. С.18.
6. Комиссия при Священном Синоде Русской Православной Церкви по разработке каталога тем Всеправославного Предсобора. Проекты резолютивных документов. 1968 г. Ч.1. Вера и догмат / Митрополит Никодим и всеправославное единство.  СПб., изд. «Князь-Владимирский соборо», 2008. С.97.
7. Ср.:«Ради посильного угождения своим сродникам латинянам, не принуждением, так обманом склоняя нас к их образу мысли. В самом деле, когда мы услышим о “Духе, даруемом от Сына», «изливаемом на нас через Сына” (свт. Кирилл Александрийский. О поклонении в Духе и истине 1. РG 68, 148 А), а потом найдем у Василия Великого, что “излил Бог на нас Духа изобильно через Сына Своего (Тит 3, 6), — излил, не создал; облагодатствовал, не сотворил; даровал, не сделал” (Против Евномия V. PG 29, 772 D) , причем согласимся верить, что благодать тварна, то чем останется нам называть даруемое, посылаемое и изливаемое через Сына? Разве не Самим Производителем благодати [то есть Святым Духом], если лишь Его можно назвать безначальным, а всякую Его энергию тварной, как утверждает новоявленный богослов? И разве это не прямо то мнение латинян, за которое они были изгнаны из пределов нашей Церкви, — что не благодать, но Сам Дух Святой и посылается от Сына и изливается через Сына?». «Итак, всякое слово его (Варлаама) — притворство, издевательство и насмешка над нашей верой;  и  когда  мы  читаем  у  него  о  священных  и  святых  Церкви  и  Синоде,  то кажется,  он  говорит  о  латинских.  И  что  философ  во  всем  склоняется  больше  к  латинской  церкви,  тому  свидетельством,  что  от  нашей  он  не  принял  почти никакого  очистительного  таинства,  дабы  омыть  латинскую  нечистоту». «Златоустый  Иоанн, совпадая  с  Василием  в  смысле  слов,  устыжает  латинян  и  разрушает  коварные измышления  нашего  суемудра,  объясняя,  что  не  Бог  изливается,  но  благодать». «Если  кому  вздумалось  бы  перечислить существовавшие от века и доныне лукавые ереси, написав как бы книгу сатаны и разделив  ее  на  главы  смотря  по  тому,  как  эти  ереси  каждый  раз  по-разному являлись  под  его  внушением,  то  достойным  заключением  всему  оказалось  бы сочинение этого латиноязычника» (свт. Григорий Палама. Триады. III, 1, 3-8; III, 3, 16. Цит. по изд.: Св. Григорий Палама. Триады в защиту священно-безмолвствующих. М., «Канон», 1995).
8. Бернацкий М.М. Григорий Палама. Полемика с Варлаамом Каламбрийским / Православная энциклопедия. М., изд.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2006. Т.13 С.12-41.
9. протопресвитер Виталий Боровой, Буевский А.С. Православная Церковь и экуменическое движение. Цит. изд. С. 27.

Материал Апокалиптическая религия экуменизма впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Если в основании Христианства лежат вероучительные истины (догматы), полученные Церковью путем Божественного Откровения и поэтому принимаемые на веру как не требующие доказательств богословские аксиомы, то в основании гностической (квазихристианской) религии Нового времени в качестве тех же самых догматов выступают либо частные богословские мнения (теологумены) Святых отцов, которые Церковь не разделяет и не признает своим учением, либо аналогичные мнения уже «новых отцов», то есть мнимых богословских авторитетов самой «современности» (эпохи модерна), спекулятивные религиозно-философские выкладки (или теологические софизмы) которых слепо принимаются на веру подавляющим большинством участников этого исторического процесса, словно какие-то «стихийные эманации Абсолюта» (то есть порождения «лжеименного разума» самого гностика как манифестации «Абсолюта»).

Так, в основание вступления Русской Церкви в «богословский диалог» с представителями «инославного христианства» (который должен подготовить почву к «восстановлению единства церквей», что очевидным образом является конечной целью экуменического движения, в целом, и «православного экуменизма» – в том числе), так вот в основание участия Русской Православной Церкви в этом проекте, в числе прочих неогностических «аксиом», была положена идея, которая не только никогда не была свойственна Христианству, но, вне всякого сомнения, глубоко чужда ему в принципе. Идея эта формулируется «новыми отцами церкви» как «грех христианского разделения».

Сказать, что такая концепция является еретической, значит, не сказать ничего, потому что ценности, которые здесь транслируются, находятся вообще за пределами Христианства. Если классические ереси, как правило, отвергают или искажают отдельные положения учения Церкви, то «православный экуменизм» объявляет ложным сразу все историческое Христианство. Поэтому здесь правильней говорить уже не о ереси, но об отказе от Христианства как такового.

Идеология, которая определяет исторические «христианские разделения» как грех самой Церкви (самих христиан), со всей однозначностью свидетельствует о себе как нехристианской, нецерковной, неортодоксальной по духу. Отрицанию подвергаются единство и святость Церкви, которая в доктрине «православного экуменизма» оказывается непрерывно согрешающей «разделениями», то есть отлучением от себя еретиков и раскольников, чем занимается Церковь Божия со дня своего основания Христом.

Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку — домашние его (Мф 10:34-36).

Иными словами, разделения из-за истины заповеданы Христом. Эти разделения начинаются уже при Его земной жизни не только среди иудеев (то есть, внутри ветхозаветной Церкви, к которой в первую очередь пришел обетованный Спаситель), но и среди апостолов (падение Иуды, отречение и покаяние Петра). 

«Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою» (Деян. 20:29-30).

«Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаем из того, что последнее время. Они вышли от нас, но не были наши: ибо если бы они были наши, то остались бы с нами; но [они вышли, и] через то открылось, что не все наши» (1 Ин. 2:19).

«Ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным?» (2 Кор. 6:14-15).

«И потому выйдите из среды их и отделитесь, и не прикасайтесь к нечистому, и Я приму вас; и буду вам отцом, и вы будете Моими сынами и дщерями, – говорит Господь вседержитель» (2 Кор. 6:17-18).

Поэтому невозможно более убедительно демонстрировать свое внешнее в отношении Христианства положение, чем определять подобные разделения «христианским грехом».

Однако именно это и делается в религии «православного экуменизма». Так, в программном докладе профессора богословия протопресвитера Виталия Борового «Вопросы истории и богословских обоснований участия Русской Православной Церкви в межхристианских контактах в XIX и XX веках (до 1961 года)», представленного им на пленарном заседании Синодальной Богословской Комиссии Русской Православной Церкви в Московской духовной академии (Троице-Сергиева Лавра) 6-7 февраля 1997 года, гностическое понятие «греха христианского разделения» выносится даже в заглавие первой главы («Единство Церкви и грех христианского разделения»),[1] то есть именно ложится в концептуальное основание всего проекта. Но почему-то никого из членов Комиссии это не коробит. Получив молчаливое согласие на заявленную ложь, богословствующий софист для пущей убедительности ссылается на другого титулованного софиста:

«Христиане не соблюли, нарушили заповедь о единстве. Профессор А. В. Карташев, выдающийся историк Церкви, профессор Свято-Сергиевского Богословского Института в Париже, последний обер-прокурор Святейшего Синода и Министр Исповеданий России, влиятельный член Собора 1917-1918 годов, говорит о разделениях среди христиан: “Они сами виноваты в своих разделениях и в услаждении этими разделениями. Не хватило любви христианской, и вот Церкви разделились. Само разделение есть доказательство их погрешностей по их человеческой природе. Разве это не грандиозное, соблазнительное преступление – разделение Церквей? “Разве разделился Христос?” (1Кор 1:13)».[2]

И, действительно, «разве это не грандиозное, соблазнительное преступление» называть отлучение от Церкви еретиков и раскольников «грехом христиан», то есть называть грешниками отцов святых Вселенских соборов, совершивших эти отлучения, в том числе – целый сонм прославленных Церковью святителей, большинство из которых и были прославлены за свою борьбу с ересями?

Если в гностическом экуменизме сами канонические соборы оказываются виновниками греховного разделения наравне с отлученными на них от Церкви заблудшими, то в Христианстве ровным счетом наоборот: Вселенский собор для того и собирается, чтобы посредством отлучения сеятелей раздора сохранить церковное единство.

«Повелели составиться… вселенскому собору, который бы все возникшие несправедливости так порешил, или укротил, чтобы более не оставалось ни какого-нибудь сомнения в вере, не разделения в любви… если одни… отступили от стези истины, то были воззваны к чистоте спасительными врачевствами, а другие… если бы, при лучших советах, успокоились, то не были бы отлучены от единения с Церковию».[3]

Поэтому «не было никакого основания, чтобы я, который скорбел о том, что единство кафолической веры нарушено еретиками, восторженно не возрадовался,  что оно снова возвращено к неповрежденности».[4]  

Следовательно, вовсе не единства Церкви (которое, по определению, никогда не нарушалось, потому что сохраняется Самим Главой Церкви, а не титаническими усилиями гностиков) так настойчиво ищет «православный экуменизм», но единства с миром (куда извергаются все отлученные) как единственной альтернативой Церкви. Объективно ища именно этого примирения «с остальным христианским гностическим миром», религия «православного экуменизма», тем самым, и заявляет свое положение вне традиционного Христианства, которое только и делало, что всячески ограждало себя (Церковь) от этого «лежащего во зле» и приближающегося к своей погибели мира сего.

«Приидох, — объясняет святой Иоанн Лествичник приведенные слова Господа (Мф. 10:34-35), — разлучити боголюбивых от миролюбцев; плотских от духовных; славолюбивых от смиренномудрых; угождается Бог разделением и разлучением, когда оно совершается ради любви к Нему.[5]

Отсюда основное направление титанически созидаемого экуменического «единства» – это сугубо мирские (суетные, посюсторонние) предприятия, заботы и попечения, вроде совместной борьбы за «сохранение окружающей среды», «традиционные семейные ценности», соблюдение «прав человека», социальной справедливости и т.д. и т.п., которые представляются выжившим из христианского ума участникам этих мероприятий заповеданными Евангелием занятиями, исполнением «заповеди о единстве»…

Поэтому христианская оценка подобной деятельности противоположна: «не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (1 Ин. 4:4). «Не обманывайтесь; худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15:33). Но в том-то и дело, что «православные экуменисты» рады и сами обманываться, и обманывать других, предпочитая «худые сообщества» по «восстановлению единства» с миром «добрым нравам» отцов семи Вселенских и последующих им в духе истины множестве Поместных соборов, осуществивших все эти «разделения».

«В период Вселенских Соборов… в результате христологических споров и вызванных ими разделений от Восточной (Византийской) имперской Церкви отделились несториане, монофизиты и монофелиты (марониты) и образовали свои национальные Церкви… В образовании этих отделившихся Церквей главную роль играли не богословские, а политические, национальные и культурно-этнические факторы».[6]

Получается, вовсе не Дух Божий (как исповедовалось в Церкви веками) вдохновил святых отцов этих соборов отделить от единства Церкви еретиков, но их собственная обыкновенная человеческая немощь («Они сами виноваты в своих разделениях… Не хватило любви христианской… Само разделение есть доказательство их погрешностей по их человеческой природе»). Поэтому для ортодоксального Христианства это не только хула на канонические соборы Церкви и их канонизированных участников, но, опосредованно, и «вражда против Бога» (вдохновившего святых на эти «разделения»).

Аналогичным образом (то есть как личные прегрешения конкретных членов Церкви, ни к чему не обязывающие «истинных христиан» современности) оценивается проф. Боровым разделение Православия и католицизма (как богословствующим софистом, продолжающим демонстративно противопоставлять себя всей двухтысячелетней истории Церкви, всему Священному Писанию и Преданию).

«В истории принято условно называть это событие “окончательным разделением Церквей”, хотя Церковь Христова всегда была и есть Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь, и врата ада не одолеют ее, ибо с Ней и в Ней – Христос, во все дни до скончания века. Фактически и канонически в 1054 году произошел лишь разрыв отношений, прекращение общений (и анафема) между кардиналом Гумбертом, легатом Папы Льва IX (к этому времени уже умершего и не имевшего преемника) и Патриархом Михаилом Керулларием без участия других Восточных Патриархов. Тем не менее в силу национальной ненависти между латинянами и греками в XI – XIII веках, этот разрыв общения был воспринят обеими сторонами (и Восточной, и Западной) как факт реальной жизни, который продолжается и по сей день. Хотя “анафемы” сейчас уже “сняты” соглашением между Патриархом Афинагором и Папой Павлом VI и обеими сторонами (Римом и Константинополем) “вменены аки не бывшие”. Разрыв общения и разделение между Восточной и Западной Церквами привели к тяжелым и опасным последствиям для обеих сторон».[7]

В итоге, эта десятилетиями звучащая с академических кафедр «возрожденная патристика» религиозная софистика («дружественная миру» и «враждебная Богу») настолько примелькалась, настолько вошла в оборот (или настолько «огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули» (Мф. 13:14)), что незаметно для большинства сделалась официальной экклезиологией Русской Православной Церкви, так или иначе провозглашенной и отраженной во всех ее новых доктринальных документах.

В частности, в совместной Декларации папы Римского Франциск и патриарха Кирилла (2016 г.) в первых  ее параграфах мы обнаруживаем все тот же экуменический «догмат» Карташева-Борового об обоюдном и всеобщем «грехе христианского разделения» и «его тяжких последствия для обеих сторон».

«Мы разделены ранами, нанесенными в конфликтах далекого и недавнего прошлого, разделены и унаследованными от наших предшественников различиями в понимании и изъяснении нашей веры в Бога, единого в Трех Лицах — Отца, Сына и Духа Святого. Мы скорбим об утрате единства, ставшей следствием человеческой слабости и греховности, произошедшей вопреки Первосвященнической молитве Христа Спасителя: “Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино”» (Ин. 17:21)».[8]

Стало быть, единство Церкви все-таки нарушается в результате отпадения от нее раскольников и еретиков… И «виноваты» в этом согрешившие «предшественники» (а с «восточной» стороны это святые отцы Православной Церкви, на протяжении всей ее истории после «великой схизмы»), к которым авторы Декларации не имеют никакого отношения… «И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека» (Мф. 26:72).

Александр Буздалов

[1] протопресвитер Виталий Боровой, Буевский А.С. Православная Церковь и экуменическое движение (историко-богословское обозрение). В кн.: Православие и экуменизм. Документы и материалы 1902-1998. «МФТИ», 1999. С.8.

[2] Карташев А.В. Христианское воссоединение: Экуменическая проблема в православном сознании. Сборник статей. Париж, ИМКА-ПРЕСС, 1993. С. 91 / Там же. С.8.

[3] Послание Льва, святейшего архиепископа Рима, к императору Феодосию / Деяния Вселенских соборов. Казань, 1908. Т.3. С.32.

[4] Послание папы Льва к  епископам, которые собирались на святом халкидонском соборе / Там же. Т.4. С.185.

[5] свт. Игнатий (Брянчанинов). О последовании Господу нашему Иисусу Христу / преп. Иоанн Лествичник. Подвижнические слова. Слово 3, 15 / Полн. собр. творений святителя Игнатия Брянчанинова. М., «Паломник», 2006. Т.1. С. 85.

[6] протопресвитер Виталий Боровой, Буевский А.С. Православная Церковь и экуменическое движение (историко-богословское обозрение). Цит. изд. С.9.

[7] Там же. С.12.

[8] Совместное заявление Папы Римского Франциска и Святейшего Патриарха Кирилла. http://www.patriarchia.ru/db/text/4372074.

Материал «Грех христианского разделения» впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Настоятель храма целителя и великомученика Пантелеимона агрогородка Парафьяново протоиерей Леонид Стреха и священники Докшицкого благочиния во главе с архиепископом Полоцким Феодосием 24 мая освятили барельеф, установленный в память протопресвитера Виталия Борового.

В богослужении и освящении барельефа принимали участие: председатель райисполкома Олег Леонидович Пинчук, представитель отдела идеологической работы, культуры и по делам молодежи райисполкома Оксана Ивановна Гапаненок, сын и представители Братства Виленских мучеников.

Источник

Материал Памятник модернисту и экуменисту впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

В приветственном слове настоятель храма протоиерей Николай Балашов выразил благодарность митр. Илариону за то, что он совершил заупокойную молитву по о. Виталию Боровому.

В архипастырском слове митрополит Волоколамский Иларион сказал: «Долгие годы отец Виталий провел в Женеве, вдали от Родины, где исполнял ответственное послушание представителя Русской Православной Церкви при Всемирном совете церквей… В более поздние годы я помню отца Виталия как заместителя председателя Отдела внешних церковных связей. В этой должности он тоже потрудился немало лет и тоже оставил заметный след в истории нашего Отдела”.

Митр. Иларион тонко подметил, что о. Виталий Боровой “старался доступным языком донести до людей слово Божие и в то же время показать, что Евангелие говорит не о каких-то далеких временах и событиях, но о том самом важном, что имеет отношение к жизни каждого человека”. Действительно, неверие в Евангелие отчетливо звучало в выступлениях этого радикального модерниста.

Источник

Материал Митр. Иларион отслужил панихиду по о. Виталию Боровому впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Мероприятие проходило в рамках программы празднования 100-летия со дня рождения крупного деятеля экуменического движения, богослова-модерниста, одного из крупнейших деятелей “мирологии“, покровителя секты о. Георгия Кочеткова и участника работ по созыву Восьмого Вселенского Собора.

Началось оно панихидой по протопресвитеру Виталию Боровому в домовом Трехсвятительском храме Семинарии, которую совершил ректор Духовной Семинарии архиепископом Новогрудский и Слонимский Гурий в сослужении сонма духовенства из числа гостей и преподавателей.

По окончании заупокойного Богослужения состоялось торжественное открытие мемориальной доски, посвященной и расположенной на здании учебного корпуса  Духовной Семинарии.

Открывая работу конференции, Высокопреосвященнейший архиепископ Гурий огласил приветственные адреса, направленные участникам форума митрополитом Минским и Заславским Павлом, Патриаршим Экзархом всея Беларуси, а также Почетным Патриаршим Экзархом митрополитом Филаретом.

Заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Николай Балашов озвучил текст приветствия председателя ОВЦС МП митрополита Волоколамского Илариона.

Далее с приветственными обращениями выступили архиепископ Полоцкий и Глубокский Феодосий и епископ Бобруский и Быховский Серафим. Приветствие епископа Борисовского и Марьиногорского Вениамина, председателя Синодального отдела религиозного образования и катехизации Белорусской Православной Церкви, озвучил зав. кафедрой церковно-практических дисциплин Семинарии протоиерей Геннадий Логин.

Проректор по научно-богословской работе Духовных Академии и Семинарии доцент А. В. Слесарев огласил текст приветствия ректора Академии архимандрита Сергия (Акимова).

В открытии и работе конференции принял участие начальник Отдела по делам религий аппарата Уполномоченного по делам религий и национальностей Республики Беларусь Андрей Владимирович Аряев.

После открытия конференции состоялась демонстрация документальной видеозаписи с участием протопресвитера Виталия Борового.

В ходе дальнейшей работы форума было проведено два пленарных заседания, на которых выступили следующие докладчики:

• Высокопреосвященный Иеремия, архиепископ Вроцлавский и Щетинский. Тема доклада: «Духовное наследие протопресвитера Виталия Борового» (текст доклада озвучил депутат Сейма Республики Польша Евгений Чиквин).
• Протоиерей Николай Балашов. Тема доклада: «Архитектор внешней политики Церкви: к 100-летию протопресвитера Виталия Борового».
• Протоиерей Владислав Каховский, настоятель Всехсвятского храма (г. Мытищи Московской обл.). Тема доклада: «Отец Виталий Боровой – духовник, учитель, друг».
• Протоиерей Василий Новинский, почетный настоятель Николаевской церкви г. Вильнюса. Тема доклада: «Протопресвитер Виталий Боровой — как участник экуменического диалога».
• Протоиерей Виталий Антоник, профессор Минских Духовный школ. Тема доклада: «Добрый друг и учитель: Из опыта личного общения».
• Протоиерей Анатолий Фролов, настоятель храма свт. Тихона (г. Клин, Московская обл. ). Тема доклада: «О проповедническом наследии протопресвитера Виталия Борового».
• Протоиерей Сергий Гордун, профессор МинДАиС. Тема доклада: «Проповедническое наследие протопресвитера Виталия Борового».
• Протоиерей Феодор Повный, настоятель Всехсвятского прихода г. Минска. Тема доклада: «Отец Виталий Боровой — как пастырь и богослов».
• Чиквин Евгений, депутат Сейма Республики Польша. Тема доклада: «Мои воспоминания о контактах с протопресвитером Виталием Боровым».
• Чарота Иван Алексеевич, заведующий кафедрой славистики БГУ, профессор. «Рускость» в понимании протопресвитера Виталия Борового (на материале публикаций и публичных выступлений».
• Шостыр Виталий Иванович, выпускник Минской Духовной Академии. Тема доклада: «Жировичский период в жизни и служении отца Виталия Борового».
• Протоиерей Сергий Мовсесян, проректор по научной работе Института теологии БГУ. Тема доклада: «Богословское обоснование участия РПЦ в межхристианских контактах».
• Анастасия Вудэн, докторант Католического университета, г. Вашингтон, США. Тема доклада: «Протапрасвітар Віталій Баравой і яго ўдзел у Другім Ватыканскім саборы 1963-1966».
• Одиноченко Виктор Александрович, доцент кафедры философии Гомельского государственного университета. Тема доклада: «Дзейнасць протапрасвітара Віталія Баравога ў кантэксце праблемы міжрэлігійнага дыялогу ў сучаснай Беларусі».
• Матрунчик Николай Александрович, председатель Братства в честь Виленских мучеников в Минске. Тема доклада: «Айцец Віталій Баравой аб перспектывах маладзёжнага і брацкага руху ў Беларускай Праваслаўнай Царкве».
• Протоиерей Михаил Носко, настоятель Свято-Александро-Невского собора г. Пружаны. Тема доклада: «Литовская Духовная Семинария: Жировичский период истории (1828-1845 гг.)».
• Протоиерей Ростислав Лемачко, настоятель храма св. блгв. кн. Александра Невского г. Лида. Тема доклада: «Межконфессиональные отношения на территории Лидской епархии: современный период».

Завершилась работа Международной научно-богословской конференции «Духовное наследие протопресвитера Виталия Борового (1916-2008), церковного деятеля, педагога, духовного пастыря» подведением итогов.

Источник

Материал Столетие о. Виталия Борового впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Во встрече участвовали епископ Гомельский и Жлобинский Стефан, наместник монастыря архим. Амвросий (Шевцов) с монастырской братией, о. Савва (Мажуко), проректор Минской Духовной Академии и Семинарии Александр Слесарев, прихожане Свято-Никольского храма. Вечер был подготовлен силами братьев и сестер Софийской общины Преображенского братства (секта о. Георгия Кочеткова).

Судьба о. Виталия Борового в продолжение двух лет была связана с гомельским кафедральным Свято-Петропавловским собором: осенью 1944 года после рукоположения во священника, он был назначен в собор настоятелем.

В теплой и непринужденной обстановке участники встречи делились воспоминаниями о встречах с о. Виталием Боровым.

Материал Отца Виталия Борового помянули в Гомеле впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Завтра в приходском доме Свято-Петро-Павловского собора Минска пройдет панихида и встреча в память о. Виталия Борового (1916-2008).

Встреча посвящена пятилетней годовщины со дня смерти этого крупного деятеля экуменического движения, богослова-модерниста и миролога. Сообщается, что будет продемонстрирована одна из последних видеозаписей о. Борового. Собравшиеся поделятся воспоминаниями и обсудят будущее Православной Церкви в Белоруссии.

Источник

Материал В Белоруссии помянут о. Виталия Борового впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Систематическое богословие и исторические Церкви никогда не были на стороне революции по той простой причине, что они были пленницами космоцентрического понимания реальности, пленницами статического понимания раз навсегда утвержденного порядка на земле. Только в последние десятилетия, когда в философском, научном и богословском мышлении произошли глубокие изменения, своего рода революция, в результате антропоцентрического взгляда на космос, эволюционной концепции универса и нового переосмысливания всей истории человечества,- только после всего этого появилась возможность разработки богословия развития и революции… В их контексте новое богословие революции и развития опровергло прежние понятия о сакральности всякого статус-кво.

о. Виталий Боровой. Требования и уместность богословия по отношению к социальным революциям нашего времени // Журнал Московской Патриархии. 1966. № 9. СС. 78-79

Материал Богословие революции опровергло сакральность статус-кво впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.

Служба коммуникации ОВЦС/Патриархия.ru

Материал Заупокойная лития по о. Виталию Боровому впервые опубликован на Антимодернизм.ру - Православная миссионерская энциклопедия.