Самодержавие, Православие и немного легкой музыки

Выступления деятелей церковной реформы на новом радио «Вера» отличаются гномической краткостью, неясностью и малоинформативны настолько, насколько возможно для человеческой речи.

Такого патологического изложения требует сама идеология «православия-лайт», значение которой «темно и ничтожно». Речи Владимира Легойды, о. Павла Великанова и других представителей течения, куда-то кого-то зовут, кого-то куда-то ведут, направляя людей не к определенной цели, а в «вечное настоящее», в тот счастливый транс, в котором пребывают сами авторы.

Тому, что мы сказали, не противоречит то, что высказывания представителей «православия-лайт» могут быть противоречивыми, как, например, недавнее мнение Владимира Легойды по поводу монархии и политики вообще.

В программе «Светлый вечер» (эфир от 13 ноября) Владимир Легойда отвечал на следующий вопрос Аллы Митрофановой:

Я хотела у вас спросить, как вы относитесь к идее самодержавия, насколько возможно его возрождение в России, уж простите за такой высокий пафос гражданский, мне действительно интересно, что вы скажете. И есть ли эта непременная связка между православием и самодержавием.

За этим вопросом об отношении неизбежно, как повозка за лошадью, следует рассказ Владимира Легойды о его частных мнениях:

Я, во-первых, не считаю, что православный должен быть, безусловно, монархистом, он может в своих политических симпатиях занимать любую позицию, этим никак не связано его будущее спасение или нечто противоположное. Во-вторых, я не готов всерьез строить какие-то предположения по поводу возможности или невозможности восстановления самодержавия в России, у меня нет никаких основания, для того чтобы утверждать одно или другое. Единственное, что могу сказать, что этот вопрос в моей личной повестке дня не является первоочередным, не входит в число приоритетов, если угодно. Ну собственно и все, пожалуй, если по сути говорить.

Вопрос: «Монархия в принципе может быть возрождена?»

Ответ: «Понимаете, в принципе все может быть. Вообще в принципе всё может быть, особенно в России».

И, наконец, экспертное мнение Владимира Легойды:

Я просто хочу обратить внимание уважаемых слушателей, как политолог, что существуют политические институты и процессы, а существует понятие, в современной политологии принятое, которое в свое время американские политологи ввели — «политическая культура»… Российская политическая культура в своих ценностных ориентирах многовековым образом сложилось так, что она ориентирована на монархическое сознание. Но это не значит, что это не может меняться, во-вторых, ситуация очень разная, разные люди по-разному очень это все воспринимают. Но кто бы и как бы это ни воспринимал, был бы с этим согласен или не согласен, вожделел этого или наоборот всячески препятствовал этому, нельзя не учитывать этого, это нельзя переключить тумблером, это нельзя изменить просто так.

Да, корень учения горек, а плоды его сладки. Вы хотели узнать мнение Владимира Легойды? Так получите его, если Вам и кому бы то ни было оно интересно. А чтобы не показалось мало, вам расскажут про то, что всюду, и особенно в России, всё возможно, у разных людей есть разные мнения, а также про «политическую культуру», то есть воображаемую сумму субъективных отношений людей к монархическому сознанию.

Мы надеемся, что Алла Митрофанова удовлетворена этими ответами, и чтобы нам самим не уходить с пустыми руками, разберем напоследок два мнимоосмысленных суждения Владимира Легойды:

«Православный должен быть, безусловно, монархистом, он может в своих политических симпатиях занимать любую позицию, этим никак не связано его будущее спасение или нечто противоположное».

И как вариант:

«Причинно-следственные связи для христианина выражены словами преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен внутри себя и вокруг тебя спасутся тысячи». Спасутся — в условиях любого государства, при любом политическом строе».

Приведенные умозаключения мы назвали мнимоосмысленными и не голословно.

Владимир Легойда полемизирует с теми, кто считает, что спастись можно только при определенном государственном строе. Правда, глава СИНФО не указывает, в каких религиозно-политических сектах он обнаружил такое учение и с кем именно он спорит. Без конкретного адресата — того, кто считает, что спастись можно только при демократии или монархии — обе сентенции, заметим, теряют смысл.

Но мы назвали фразы не бессмысленными, а мнимоосмысленными.

Первый тезис – «Православный может в своих политических симпатиях занимать любую позицию» – размыкает ситуацию, обращает человека к самому себе, ставит его в ситуацию «экзистенциального выбора». Эта фраза значит меньше чем ничего, так как переносит разговор во внутреннюю жизнь человека и говорит (ложно), что человек в своей внутренней жизни абсолютно всевластен.

Второй тезис – что вечная участь человека не связана с его политическими симпатиями – является просто ложным, как легко понять, подставив вместо «любых» названия конкретные идеологии. Фашист, либерал, национал-социалист, политический монархист, марксист, анархист — их участь никак не связана с их воззрениями?

Соединенные вместе в одном выступлении Владимира Легойды ложь и бессмыслица претендуют не просто на полное осмысление политической ситуации, но тихой сапой влезают в душу человеку и наводят там свои порядки, как, собственно, и учит делать «православие-лайт».

Роман Вершилло