Коммуникация, если она стала чисто прагматической, не может более полагаться на доводы разума, поскольку разум обезглавлен. Чтобы достичь своих целей, прагматик вынужден полагаться на арсенал психологических трюков: suppressio veri и suggestio falsi, повторение одного и того же, «большая ложь» и т.д. – чтобы эмоционально отвлечь человека, чтобы тот не мог подвергнуть сомнению внушаемые ему мнения. По этой причине прагматическая коммуникация всегда тяготеет к духовному опьянению”.
Приведу пример “прагматической коммуникации” с одного из миссионерских сайтов. Дело не в личности священника. Это, увы, общее место.

Вопрос священнику в Интернете.

“Здравствуйте! Вкратце расскажу, что со мной случилось. У меня завязался роман с мужчиной лучшей подруги. Я ее предала. Влюбилась. Они разошлись(20% из-за меня). Она догадывалась, что у меня с ним что-то было, но своими глазами ничего не видела. Мы перестали общаться с ней (дружили 10 лет, очень дорожили друг другом). Я все это время о ней думала, мне не свойственно так делать, но влюбилась. Спустя два месяца я ей позвонила (захотела сохранить дружбу). Она сказала, что если у вас ничего не было, то поехали в церковь к Матроне и там мне все, то же самое скажешь. Я верующая, но поехала и соврала там. Меня это очень сильно тревожит. Я сожалею, что в святом месте я соврала. Я пыталась сохранить дружбу. У меня внутри это сидит, я думаю, переживаю. Подскажите, что в такой ситуации делать? Спасибо.
Дарья 25 лет, домохозяйка, Москва”
________________________________________
Ответ священника.
Здравствуйте, Дарья! Вы спрашиваете, что делать, если согрешил? Нужно идти в храм и каяться в своих грехах. Просить прощения у Господа за содеянное. Вы пишите, что Вы верующая христианка и что Вам стыдно за то, что соврали в святом месте. А за то, что блудили с мужем лучшей подруги и разбили их семью, Вам не стыдно? Нужно принести достойный плод покаяния. В любом случае, нужно прийти в храм и поговорить со священником с глазу на глаз. И понести назначенную епитимию. А тайное все равно, рано или поздно, может стать явным.
Иерей ***” (я не пишу его имени; кто хочет, может, вставив приведенный абзац в поисковик, убедиться в действительности его существования).
Обратите внимание, священник сознательно называет «мужчину», то есть любовника – мужем. Но он ей не муж. Вообще о браке нет речи ни у одной из этих развратниц, ни у развратника. Здесь вообще нет христианства. Есть дележ «мужчины» двумя самками – и «угрызения совести» после взаимных укусов. Так «дружат» и кобели. К людям это отношения не имеет. И это именно то, о чем пишут Фогелен и Вершилло.

Еще пример, оттуда же.

“Я ИЗМЕНИЛ ДЕВУШКЕ, ЧТО ДЕЛАТЬ?
10.11.2009
Господи, прости меня грешного и помоги преодолеть мне мои мучения. Батюшка, я согрешил. Я изменил любимому человеку, девушке с которой прожили год. Девушка искренне меня любила, я это чувствовал и понимал. Но отвечал слабой взаимностью. Почему я согрешил, я не знаю. Причины на то не было. Но я стал искренне раскаиваться в содеянном. Хотя она об измене ничего не знает, и надо признать, что раскаиваюсь по сей день. Я в один момент понял, что люблю ее, что хочу быть с ней, что это моя вторая половинка…. Но буквально через месяц у нее пропали чувства, она не может понять, что происходит, не может разобраться в себе. Она понемногу забрала все свои вещи, живет одна. За ней ухаживают другие мужчины, ей это нравится, но любит она меня. Моя душа мне это говорит. Я очень сильно переживаю за нее, и очень хочу быть с ней, подарить ей всю свою любовь, которую я скрывал от нее целый год! Я не понимаю себя и ее. Мне кажется, что ее поменяли. Как будто на глазах завеса. Я сделал и сказал все, что мог. Бог уберег от обращения к помощи магии, я знаю, что это грех. Разговаривая с ней, понимаю, что иногда мои слова как будто пробиваются сквозь нее, и я вижу в ее глазах теплоту и искренность. Но проходит несколько мгновений, и я чувствую, что передо мной чужой, не понимающий меня человек. Как мне сохранить теплоту и искренность наших чувств, что предпринять? Я осознал, что причина во мне, в том поступке, который я совершил. Внутри меня идет война. Бросить все и остыть или продолжать добиваться той, которую я полюбил. Я искренне раскаиваюсь и прошу Вашей помощи и благословения.
Григорий 27 лет, бизнесмен, Дальний Восток”
________________________________________
Ответ священника: “Здравствуйте, Григорий! Вы спрашиваете, что делать? В первую очередь, нужно бежать в храм и каяться в своем грехе, который наложил отпечаток на все Ваши отношения. Если у Вас действительно серьезные чувства, то нужно за них бороться. Нужно показать Вашей девушке ту любовь, которой ей не хватало в течение того года, на протяжении которого Вы были одним целым. То, что не пошли к колдунам, – это правильно. Нет у них никакой власти. Все свое упование нужно возложить на Спасителя. Он один может разрешить Вашу ситуацию. Вам вместе с Вашей девушкой нужно покаяться в своих грехах и регулярно приступать к таинству Причастия. Я считаю, что самому ей говорить о Вашем грехе не надо. Но это мое личное мнение. Просите Господа, святых угодников, чтоб они помогли Вам. Я бы посоветовал Вам читать ежедневно акафист свт. Николаю Чудотворцу. Он очень скор на слышанье. Божие благословение пребудет с Вами.
Иерей ***

Батюшка словно не замечает слова «прожили год» и т. п. выражения, однозначно говорящие (для молодого человека это само собою, это не вызывает раскаяния) о плотском совокуплении, интимной жизни вне брака – смертном грехе – и призывает «бороться за прежние отношения», «когда вы были одним целым» (одним целым бывают только супруги, имеющие «единомыслие душ и телес», но не жених и невеста), регулярно при этом причащаясь! Не подмена ли это призыва к спасению душ для Вечной Жизни в Раю – проповедью удачной, душевно комфортной и счастливой «жизни с Богом» на земле?
Не иррационализм ли это?
Не подмена ли это догматически точного знания вещей божественных и непостижимых – Заповеди Божией, принимаемой одной лишь через веру в невидимое, – экзистенциальным “опытом внутренней жизни”?

Во-первых, Достоевский не говорит, что разум без сердца бессилен, а то, что разум бессилен вообще. Во-вторых, Достоевский полемизировал не только с Чернышевским, но и с Катковым, например, и именно по тем же самым причинам, что у Каткова вообще была какая-то осознанная программа, учение (См. Два лагеря теоретиков. 1862 г.). Мысль о сознании как болезни развивали до этого и Баадер, и Кьеркегор, и, если не ошибаюсь, Новалис.
О Чернышевском же Достоевский писал: Чернышевский никогда не обижал меня своими убеждениями. Можно очень уважать человека, расходясь с ним в мнениях радикально. Обратите внимание, что из этого следует, что для Достоевского не имеют большого значения и его собственные убеждения.

Для того, чтобы убедиться в правильности этого тезиса, достаточно пообщаться с людьми, страдающими обсессивно-компульсивными расстройствами.