Эллин в мышленье был свободен
И, будучи свободен, он
Помыслил о едином Боге,
Оставив тучный Пантеон.

С чего бы, сонм Богов рассеяв,
Мысль устремилась к Одному, –
Подумал он, предав Идею,
Найдя в ней логики тюрьму.

А в Галилее рыболовы
Поймали в сети Благодать
И написали они Новый
Завет, не стали размышлять.

С каких это пор поэзия выше “Символа Веры”?

— Существует мнение, что качественно перевести на современный русский язык церковнославянские тексты невозможно. В целом это правильная позиция. Заметьте себе: даже при переводе богослужения с греческого некоторые фразы были оставлены без перевода, поскольку не нашлось подходящего аналога. Но все же этот вопрос разрешим. Просто переводы, которые появлялись до революции, были добросовестными, но очень академичными. Такие переводы страдают сухостью. А ведь богослужебные тексты — не просто сухие нормы «Символа Веры», это высокая поэзия, которая теряется при неудачном переводе.

Богослужебные тексты на древнегреческом имеют стихотворный размер. Если греки слышат в храмах стихи, то мы слышим прозу. Поэтому новые переводы будут до тех пор отторгаться русским ухом, пока они не обретут поэтическую форму. Это вовсе не означает наличие рифмы, поэтическая форма прежде всего сопряжена с понятием красоты. Перевод богослужений не должен быть академичным и буквоедским, нужен комплексный подход к переводу. Переводчик богослужебных тексов должен быть и богословом, и поэтом, и музыкантом. Нужно, чтобы переведенный текст был не только красивым, но вошел и в мелодические строки православных гимнов…

Из недавнего интервью архиеп. Ионафана (Елецких)
http://www.missia-udm.eparchia.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=647:arhiepiskop-ionafan-eleckih-lseichas-pered-nashei-cerkovu-stoit-zadacha-novogo-missionerskogo-de&catid=59:i-view&Itemid=95

Господи, помилуй нас и избави Православную Церковь от модернистов!

Вообще это совсем неправильно: рассказать о древней Церкви только то, что в ней приступали к Причастию за каждой Литургией. Но ведь против древней Церкви были гонения, и каждая Литургия могла стать последней для любого из верующих. Верующие были совсем не чета нынешним, если говорить о вере и благочестии. И Литургия совершалась не так часто, как в наше время.
В Катехизисе понятно и исторически верно сказано: Древние Христиане причащались в каждый воскресный день; но из нынешних немногие имеют такую чистоту жизни, чтобы всегда быть готовым приступить к столь великому Таинству. Сомневаюсь, что миссионеры привели это пояснение из Катехизиса.