Чем обличение отличается от суда (“не судите, да не судимы будете”)? Можно ли заменить в этой фразе “не судите” на “не обличайте”)

Возможно, привязка понятия справедливости к уровню жизни через чур прямолинейна, но, вместе с тем, мне представляется, что она связана с человеческим эгоизмом.
Справедливость нужна тогда, когда отсутствует альтруизм.
Справедливость не равна любви к ближнему (Христианству). Мне так кажется. Справедливость – это некое политическое, консенсуальное понятие, надындивидуальное. А Христианство это индивидуальное действие, которое складывается в общий результат или не складывается. Важен вектор. Он же – результат.

Справедливость это приверженность правде. Это русский перевод славянского “истинен”. Мф 22:16.
При чем тут уровень жизни?
Справедливо не поклоняться ложным богам, например. И Христиане отказывались из чувства справедливости. Это как раз и есть политика правды, хотя Христиане были безвластны. Но не настолько, чтобы ими пренебрегали и не замечали, когда приносили жертвы идолам. Раз требуют, значит признают за тобой власть это сделать. А у тебя есть власть отказаться.
Что тут непонятного?

Самое сложное это определить, что такое справедливость. Заключается ли она в самом этом определении, в том смысле, что справедливость это и есть такое действие, которое ведет ко всеобщему благу? И что такое благо? Хороший уровень жизни? Как воспринимать тогда христианскую установку на аскетизм, отвержение земных благ? То есть как вообще политическая справедливость соотноситься со специфически христианским мировоззрением?

Политика это участие гражданина в суде и власти, это справедливое действие ради общего блага. Такое действие возможно в любых условиях, и значит такая политика возможна.

Роман называет политикой правды только Христианскую реакцию на дела града земного.
Эта реакция бывает Богоугодной только если человек бережёт совесть во Христе и перед собой и перед ближним.
В противном случае Бог отступит от него и не даст вовремя и правильно отреагировать на дела мира сего.